Far Kenya. Part 2 - National Parks

Записи из дорожного блокнота

На полпути между Момбасой и Найроби расположен городок Вои. На парковке у железнодорожной станции встречает Крис - белый кениец, потомок британцев времен Империи, - у него тут гестхауз и разрешение на посещение парка. Мне он сразу нравится - широкий кругозор, истории про путешествия и потрепаный орнитологический атлас-определитель в салоне тридцатилетнего Land Rover.

Двухэтажный гестхауз с террасой на крыше, глиняные стены, большие окна (Крис сам проектировал и строил), москитная сетка вокруг кровати, сад-лес вокруг, две хозяйки-помощницы орудуют на кухне.

Гости-соседи - геологи, Джеймс из Канады и его кенийские коллеги, они занимаются исследованием драгоценных камней. "Тут в округе идет добыча сокровищ: турмалин, рубины, танзанит, цавоит, - рассказывает Джеймс за совместным обедом, - опасные шахты, примитивный подход, часто женский труд". Идея этой команды геологов - заблокчейнить продажу камней, создать прозрачный цифровой реестр купли-продажи, от момента добычи камня до самого финального владельца ювелирного украшения. "Хотим регистрировать кристаллы прямо на выходе из шахты, присваивать цифровой код с оценочной стоимостью, чтоб местные рабочие не оказывались жертвами ценовых спекуляций и скупщиков-монополистов".

После обеда сразу отправляемся в национальный природный парк Восточный Цаво - огороженный лоскут дикой земли размером с Израиль, ноль жителей, ноль километров асфальта, ноль банкоматов, заправок, кафе и миллионы диких животных.

Voi Gate, один из въездов в парк, похож на пограничную заставу. На въезде очередь, система оформления пропусков зависает, гиды жалуются, микроавтобусы заполнены нервничающими туристами, но сотрудники не виноваты. Крис предлагает коллективно пожаловаться начальству, но один из водителей отвечает - "это Африка, тут никогда ничего не поменяется".

"У Запада есть часы, секундомеры и будильники, у Африки есть время" - говорит Крис и предлагает выпить кока-колы, пока ждем, - "Местные не принимают западный ритм, для них нет смысла в спешке и повышении эфективности, нет видимой связи между быстрым обслуживанием в ресторане и повышением посещаемости этого ресторана". Едем на север, первые стада зебр, несколько страусов.

Антилопа конгони (Alcelaphus buselaphus)

Африканский страус (Struthio camelus)

А вот и они - рыжие гиганты, округлые, неторопливые, всем стадом на водопое. "Этот водоем сделан самими слонами, - рассказывает Крис, - они почуяли воду, просочившуюся из трубы водоснабжения (вода поступает по этим трубам в Момбасу из родников под Килиманджаро), разрыли котлован и теперь пьют воду, предназначенную жителям мегаполиса. Неэффективность местных коммунальных служб слонам тут на руку".

Саванные слоны (Loxodonta africana)

Наблюдаем сеанс грязевых ванн - обмазаться, поваляться в красной пыли, задремать стоя, дождаться своей очереди на водопой - чистая струйка бъет посередине пруда, хобот на полминуты присасывается к ней, потом порция воды отправляется в рот. Совсем юные слонята еще не умеют пользоваться хоботом для питья и лакают воду с поверхности. А у слонят двухлетнего возраста уже виднеются бивни, но юнцы явно остаются под присмотром взрослых.

Удивительно спокойно, десятки животных - слоны, газели, зебры, антилопы - но так тихо, только птицы и кузнечики подают голос

Газель Томсона (Eudorcas thomsonii)

Водяной козел (Kobus ellipsiprymnus)

Слоновья косметика - шершавая кожа, морды припудрены пылью, ржавые пятна корочки затвердевшей глины.

Наблюдаемое воспринимается как сценки из жизни другой цивилизации. У них явно есть язык общения, тактильные знаки внимания, эмоции и забота. Забрасывают хоботы на спину соседа, изредка переговариваются рокочущими звуками, возбужденные возгласы звучат тромбонами, но в основном слышны звуки причмокивания в питьевой луже и сопения хоботов. Стадо - неподходящее слово, это семейство.

Дальше по дороге на север, вдоль водопровода-водопоя, еще слоновьи семейства, у них матриархат - старшая самка и все ее дети. Старшую слониху легко различить по огромным бивням.

Рядом пасутся три самца - bulls, у них разборки, самка из семейства интересна всем троим. Из кустов возникает четвертый самец и тут же начинает демонстрацию силы - растопыривает уши и брызгает грязью себе на гениталии. Самец из группы вступает в диалог и уверенно идет навстречу, пришелец удирает, начинается погоня! Смешно бегут по саванне метров шестьсот, а тем временем два друих самца уходят с самочкой в кусты.

Вот и жирафы - их видно издалека, появляются и выходят на сцену водопоя, будто следуя какому-то расписанию или местной драматургии

Сетчатые жирафы (Giraffa camelopardalis reticulata)

Трое, медленно подходят к ставку, по очереди пьют в неуклюжей позе и так же плавно уходят.

За жирафами следуют и слоны, но они отправляются куда-то в свою сторону. Есть ли у них цель? Знают ли, куда идут? Крис говорит - да, звери знают местность, следят за направлениями ливневых полос, выбирают оптимум между расстоянием до воды и до сочных пастбищ.

Сейчас сезон засухи, животные в эконом-режиме, слоны жуют по 200 кг сухой травы и кору с немногочисленных деревьев. Но даже им жарко - ищут тенёк под кронами.

Земля сухая, оранжево-красная от количества железа в ней. "Некоторые камешки тут можно поднять магнитом!"

Но эта местность как-то умудряется порождать и поддерживать уникальное биоразнообразие, огромную биомассу - самых больших сухопутных млекопитающих, хищных кошачьих, птиц, змей и ящериц.

Агама обыкновенная (Agama agama)

Мартышка-верветка (Chlorocebus pygerythrus)

Птиц много, особенно заметны хищные, сверяюсь с картинками в определителе - вон орел-скоморох, вон соколики, вот ястреб на ветке жует летучую мышь.

Серый певчий ястреб (Melierax poliopterus)

Африканская большая дрофа (Ardeotis kori)

Сизоворонка, она же ракша (Coracias garrulus) ареал гнездования в восточной Европе

Встретился и неожиданный аист - вот они где зимуют! При чем тут они не гнездятся, а просто греются и пережидают, потом летят 5000 километров обратно на север, в Украину, на свои гнезда в Полесье.

Белый аист (Ciconia ciconia)

Находка - отломанный кончик бивня, тяжелый как камень, с прожилками, снутри мраморно-белый. Из автомобиля выходить нельзя по технике безопасности, но за бивнем выскочить можно.

Странная идея - охотиться на слонов. Вся ценность была в этих бивнях - ivory. Крис: "в США есть городок Айвори, там было производство клавиш для фортепьяно и бильярдных шаров. Материал добывался по всей Африке".

В словесном выражении звучит странно и непонятно - целый день потратить на наблюдения за слонами. Я и сам не совсем понимал чего ожидать от этой вылазки с натуралистом. Но это оказалось весьма увлекательным и медитативным занятием. Слон стоит на дороге, приходится объезжать, "You won" - говорит ему Крис.

"Ночью по этим дорогам ходят львы и леопарды, кошки и тут ходят по дорожкам, им неохота колоть лапы о колючки". Всматриваемся в полупрозрачные кроны больших деревьев - там могут отдыхать леопарды. Но вместо них натыкаемся на парочку львов - из всех тысяч местных квадратных километров они выбрали закутов в тени от навеса над метеостанцией, огороженной сеткой, вот так ирония. "Львиная пара после встречи только и делает, что спаривается и потом спит" - пояснения от натуралиста.

Лев масайский (Panthera leo nubica)

Дело к закату, саванна меняет цвета, баобабы и акации отбросили динные тени, холмы с силуэтами слоновьих спин. Удивительные края.

Но даже на таком просторе граничные условия заборов и оград влияют на популяции - возможность экосистемы вдохнуть и выдохнуть ограничена. Сейчас в Цаво живет около 11 тысяч слонов...

Чай на закате, вспоминаю тест колыбельной "Розовый слон", передачу "В мире животных", школьные походы в одесский зоопарк. Вот и очутился в Африке из детского воображения. Вечером крепкий ветер, паста на ужин, немного вина, звезды, Венера в соединении с Юпитером. Сплю под москитной сеткой, слоны все еще перед глазами...

Из засушливой саванны отправимся в места с переизбытком влаги - Национальный парк Найваша

Найваша это пресное озеро, одно из многих в цепи озер Большого африканского рифта. На берегу есть кемпинг, можно ночевать в палатке, тропинка вымощена костями животных.

Вокруг озера - кайма акациевых рощ, по рощам бродят антилопы гну.

Голубой гну (Connochaetes taurinus)

Ближе к водоему пасутся стада овец и худых коров

Отчалим с болотистого берега

Дикие берега кишат копытной фауной

Белогрудый орлан оглядывает свой ареал с высокого дерева

Орлан-крикун (Icthyophaga vocifer)

В озере идет рыболовный промысел, глубина позволяет устанавливать сети пешком

Но дело это небезопасное, ежегодно регистрируются случаи нападения бегемотов со смертельным исходом для рыбака. А вот и бегемотитк - почти незаметен, только пара ушей, пара ноздрей, пара глаз.

Тут заметна близозть местного населения к дикой природе

Подходим ближе к гипопотамному лежбищу, толстые и неподвижные, загорают, повернувшись жопкой к озеру.

Бегемот обыкновенный (Hippopotamus amphibius)

Лодочник нервничает и берет курс от берега, говорит - бегемоты агрессивны и очень быстро плавают.

Заметно некоторое запустение лодочных причалов

Может быть, из-за обилия бегемотов?

Осталось прикупить свежей рыбки прямо посреди озера

Можно и обратно, на берег

Еще было восхождение на вулкан в национальном парке Лонгонот, но об этом, пожалуй, в другой серии