A Travellerspoint blog

TO THE EAST. Part 3 - Armenia, On the road

Travel diary of hitchhike trip to Iran

Бросается в глаза советская форма местных пограничников – болото рубашек и брюк, кокарда на фуражке. Недалеко ушедшее прошлое. Какой контраст с грузинской границей: расспросы в будке, куда? зачем? к кому? рассматривание виз (а ведь у меня там четыре турецких штампа), ксерокс паспорта, вызов местного кгбшника, звонок в Ереван. Рассказываю про свой маршрут, наконец-то ставят штамп, желают счастливой дороги. Стерегут границу, а может, просто присматриваются, с кого можно взять денег за вход в Армению.

large_map6.jpg
large_12871475_734989589976582_1365307249868997299_n.jpg

Заходящее солнце чешет верхушки гор, молоденький месяц светится в облаках. Говорю ему – поедем со мной, пути хватит до самого полнолуния. В сгущающихся сумерках мысли о результате пути – воспоминаниях, и процессе пути – всем том, что не затвердевает в памяти, не окаменевает визуальными образами фотокарточек и дорожных баек. Буквы, слова, предложения, абзацы, главы; дни, километры, знакомства, впечатления. Но процесс между строк, на белом пространстве страниц, среди пёстрого фона жизни.
Я в новой для себя стране. Армения. Тут другой алфавит и другие запахи – такие горно-дикие, как в Кабардино-Балкарии.

large_DSC05202.JPG

Сейчас где-то 21:30, и я устроился в палатке, в чьем-то придорожном саду, у трассы на Алаверди. Был замысел ночевать в монастыре, но не доехал до Ахпата 30 километров. Вот слышен выстрел невдалеке. Мерещится, будто звучит голос, приглушенный расстоянием. В десяти метрах от палатки, проносятся грузовики, иногда свистят ночные птицы. Буду спать, буду ждать утра.

* * *
Незаметно для меня началось чудесное утро небесного цвета. Ночевка удалась – 12 часов горизонтального положения. Проснувшись, касался солнечных пятен на тенте палатки – пальцы розовели от света.
Теперь сижу в дачном саду под персиковым деревцем, рядом малиновые грядки, пишу. Наблюдал комара-долгоножку, паука и танец бабочек. Сегодня 9 мая - закончилась одна война.

large_DSC05213.JPG

За этот день я доеду до самого Еревана.
Будут хорошие водители, выйдет целая экскурсионная программа по северу страны. Сперва будет дальнобойщик Вахтанг, работающий на линии Батуми-Ереван, он довезет до поворота на Ахпат (рассказывает анекдоты и что-то про историю этих мест, грузинский вариант о том, что все это было территорией Грузии). Потом будет шесть километров наверх по серпантину с Рубеном на жигулях-копейке 1974 года выпуска («42 года машине, мне было 23, когда сел за руль, вся жизнь прошла в этой машине»).

large_DSC05358.JPG

Монастырь Ахпат, основан в 976 году, на вершине плато в окружении обрывов.

large_13138732_726752130800328_4778737162926177595_n.jpg

Галерея ветров – так бы я назвал сквозной проход в монастырский двор, пространство продувает насквозь, старые кресты на границе света и тени.

large_DSC05266.JPG

Зажигаю свечу (прикупил у старушки на проспекте Руставели в Тбилиси), огонек коптит и дрожит на легком сквозняке. Огонек за все дороги и за тех, кто на них сейчас, и за мир в душе, от которого и вокруг воцаряется мир. Стрелка-тень солнечных часов указывает на непонятное время. Внутри хора-амазаспы прожектор дня раскрашивает воздух в синий, бьет в пол из-под самого свода купола, рассеянный свет прячется по углам и нишам в стенах.

large_13177591_726751860800355_4524867937365580870_n.jpg

Разговорился со священником отцом Атомом, о Карабахе (операция «Кольцо» 1992), о недавнем обострении («в апреле месяц назад четыре дня война настоящая шла, 17 наших погибло»), о язидах – курдском субэтносе («но они не мусульмане, а солнцепоклонники»), о традиции ваяния каменных крестов («называются хачкар, хач – крест, значит. В Нахичевани тысячи хачкаров азербайджанцы разбили»). Страшновато слышать, как священник говорит о войне, которую во что бы ни стало должно выиграть, о готовности народа идти на бой.

large_DSC05319.JPG

Потом постоял в луче света в притворе, где пел Саят-Нова, а теперь там хозяйничают ласточки, ловил благодать.
Веки просвечиваются насквозь, века каменной кладки, наоборот, хранят полумрак. И прорези окошек, синих от неба, зеленых от леса.

large_13177896_726751894133685_4100771986530564623_n.jpg

На трассу возвращаюсь пешком, серпантин срезать не удается по причине крутизны склонов. Один километр за 10 минут – идется легко, рассматриваю вершины, меряю шагами аршины, размышляю.

large_13102906_726473024161572_3836798438729855446_n.jpg

О том, что над горами всегда надо трудиться. Даже идя по ним, прилагаешь усилия по преодолению неровностей. Что уж говорить о человеческих попытках жить среди гор, обустраивать там быт, содержать дом. Не говоря уже о внедрении цивилизации среди этих высотных перепадов – все это электричество, газопровод, дорожное сообщение.

large_13164257_726752044133670_2955343579425496568_n.jpg
large_DSC05343.JPG

Горы требуют труда, труд этот изменяет трудящегося. Тогда горы перестают быть неестественным ландшафтом, исчезают с поля зрения местного жителя, становятся просто частью мира, вроде неба, реки, опушки дальнего леса, крика совы, силуэта орла. Для путника вершины странны и удивительны, турист их беспощадно и самоотверженно фотографирует и едет дальше, к бесчисленным городам на равнинах.

large_DSC05341.JPG
large_13096313_726472910828250_6002126816498755054_n.jpg

Внизу, в долине Дибета, начался дождь, и я прятался под навесом автобусной остановки. Меня подобрали Сусанна и ее сын Аршак и заправившись газом (тут почти все авто ездят на газе), мы поехали на запад. Разговорчивые и музыкальные, на плеере играет палитра от Queen и Океана Эльзы до армянских народных, они вдвоем подпевают. Потом а капелла Сусанна напевает армянскую элегию Тлеямат – «по менталитету армяне очень печальный народ». Песня действительно очень пронзительно-печальная.

large_13173728_727577960717745_3427870293728512349_n.jpg

Едем на Степанаван, зеленая долина от гор до гор, а посередине каньон, как разлом, трещина, внезапный провал посреди равнины. «Наш гранд-каньон» - хвастает Аршак, он забавный экскурсовод, по-русски знает совсем немного, говорит-говорит, а потом переходит на армянский, не меняя интонации, и болтает что-то сам себе.

large_DSC05464.JPG

Снова сворачиваем с асфальта трассы на грунтовку, едем к развалинам крепости Лориберд. Выходим из машины на прогулку-экскурсию. Дождь как раз перестал, выглянуло неуверенное солнце, залило заросли предвечерним светом, старые стены стоят по пояс в траве. Сусанна тут же находит съестные стебельки – кцохурь и шушан – и начинает собирать урожай. Я конечно же попробовал на вкус – похоже на редиску. Съел пару кореньев, не обедал ведь.

large_DSC05477.JPG

Проходим рухлядь царских бань на самом обрыве каньона, парламентскую каморку – раньше правители помещались в скромных объемах и площадях. По нынешним меркам это не парламент, а землянка. На краю пропасти пасется стадо овец, схожих очертаниями и оттенком на россыпь местных валунов, выглядывающих из-под земли. «Потому что баран без мозга» - емко заключает Аршак, глядя на беспечность овечек на обрыве.

large_DSC05486.JPG

После тоннеля под Пушкинским перевалом («Пушкин здесь смотрел труп Грибоедова» - сообщает Аршак) спуск вниз, к Ванадзору. Здесь неподалеку был эпицентр землетрясения 1988 года, поселок Спитак (означает «белый») был полностью разрушен. Прощаемся на развилке, дарю Аршаку открытку из Одессы, говорю – шноркалюсьон – спасибо по-армянски.

large_DSC05507.JPG

Дальше десяток километров с Ваганом, щетинистым, смуглым, носатым, настоящим армянином. Окна его жигуля конечно же затонированы (в Армении все машины с темными стеклами) да вот только цвет тонировки разный от стекла к стеклу.

large_13151523_726472700828271_3690294099830762084_n.jpg

Всех своих водителей расспрашиваю об истории, о войне. Слушаю местный вариант событий прошлого века. Узнаю много о Карабахе, дележе между непризнанными ленинским СССР и ататюркской Турцией специально не в пользу армян. «Армения слабая, пусть ее части побудут под турецкой опекой – так получился Азербайджан». «Из Нахичевани армяне мирно выселились, а из Карабаха – нет, они там вцепились в родную землю». «Карабахцы – отличные бойцы, будут воевать до последнего. Три советских маршала родом из Карабахских сел».

large_DSC05525.JPG

Подбирает Армен – сотрудник армянского центризбиркома, и с ним мы едем до семи часов вечера, до самой столицы.
А вокруг, тем временем, монгольские пейзажи – безлесные возвышенности, овечьи тропы, нитка дороги виляет, как хочет.

large_13322180_734989686643239_6430196960884397435_n.jpg

Объезжаем Арагац – четырехтысячный пик, весь в мрачных облаках, в полосах дождя, там, видать, очень неуютно сейчас. Интересно, кто-то там есть на склонах? Готовится на восхождение?

large_13133345_726472810828260_9066773196191046368_n.jpg

Слежу за отметками высот на карте в телефоне – 2200 метров, прохладно и ветрено, в Апаране заезжаем на парковку супермаркета, Армен угощает шашлыком. Обсуждаем с ним границы, языки («знаешь, что древнеармянский язык грапар схож с шумерским?»). Потом спускаемся в Ереванскую долину, из-под одеял Арагаца выглядывает низкое солнце, на горизонте угадывается конус малого Арарата – Масис, как его называют здесь. Сис – большой Арарат, прячется в тучах.

large_13151697_726472634161611_6416438424404607033_n.jpg

В Ереване я пробыл три чудесных дня. Пора выбираться из столицы: Метро Горцаранаин, потом микроавтобус на Ехегнадзор. Пишу в автобусе, закончилась ручка. Значит, три тысячи километров пути тождественны 14 сантиметрам пасты в стержне авторучки.

large_DSC06574.JPG

Впечатлил курс параллельно границе с изолированным азербайджанским анклавом Нахичеван – изрытые холмы, двухметровый защитный вал вдоль трассы. Военная обстановка здесь явно поддерживается и горы становятся укрепрайонами. ДОТы, опорные оборонительные пункты чернеют на серых холмах – едем вдоль границы. Вдалеке столб пыли – там пыльные дороги. Неуютные ландшафты. Земля грязно-бурая, цвета просроченного молочного шоколада. И за что здесь воевать?

large_DSC06571.JPG

Водитель закурил, армянский шансон сменился русским рэпом, окружающие горы демонстрируют слоистые внутренности, выставляют напоказ свои каменные кишки. Минуем горные поселочки Елпин, Чива, Арени, при дороге лавки с зеленью, фруктами, грибами и красными цветами. Пастухи жгут сухой кустарник, дымные шлейфы внизу, и овцы, как камни.

large_DSC06584.JPG

Чумазый бензовоз неопределенного цвета ползет по серпантину. Такие горы и такой антураж я видел на фото из Чечни и Дагестана. Зангакатун – поселок, в котором сейчас идет дождь, и только этим он примечателен для того, чтоб оказаться в моих записях. Проезжаем перевал, всюду горы, горизонт светится от снегов, облаков и обилия воздуха.

large_DSC06667.JPG
large_DSC06645.JPG

В верховьях еще цветут яблоневые деревья. На дорожных знаках появился километраж до пограничного с Ираном Мегри – 256 километров. Горы будто замшелые – трава тут никак не может прочно уцепиться за глинистую осыпь. Как она вообще решает здесь расти? Пожалуй, так же, как и люди решают здесь жить.

large_DSC06868.JPG
large_DSC06601.JPG

Неподалеку от дорожных обочин часто видны ржавые кузова брошенных легковушек, иногда кабины грузовиков, иногда старинные фюзеляжи автобусов. Металлолом, которому никто не уделяет внимания. Расспрашиваю – оказывается, здесь за одну тонну стали дают всего 20-25 долларов, собирать невыгодно, поэтому бизнеса металлистов, как у нас в промзонах, нет. Иногда виднеются разбитые авто, скатившиеся с обрыва на серпантине – на обочине памятники и венки, но машину вытаскивать из пропасти никто не стал – зачем?

large_13344591_734989689976572_1455049748604745401_n.jpg

В Вайке дедушка угощает зелеными яблоками, другой дедушка предлагает за тысячу отвезти на перевал, вежливо отказываюсь. Остановился бусик, вышла молодежь, школьники, студенты.
– Откуда?
– Степанакерт, Карабах.
– Как у вас там?
– Всё нормально.
А ведь я и сам так же машинально отвечаю на вопрос о том, как там у нас, в Украине.

large_13332870_734989763309898_2722883111224181918_n.jpg
large_DSC06613.JPG

Веселый водитель Гарик, везет микроавтобус с бразильским кофе из Еревана в приграничный с Карабахом Горис. Обгоняем военные грузовики темно-оливковой раскраски. В кузовах под брезентом молодые солдаты, сжимают в кулаках дула автоматов. Ребята едут в Карабах. Навожу фотоаппарат через лобовое стекло, Гарик говорит – не снимай, нельзя.

large_DSC06674.JPG

Вышел на развилке к Татеву, поблагодарил водителя и тут же устремился в сторону от трассы, на вершину ближайшего холма, зеленого и волосатого от травы. Мимо иранских дальнобойщиков (до этого приветствие «салам» говорил только в шутку), против крепкого ветра, гудящего в ушах, в сторону солнца, устроившегося в центре неба, улыбаясь собственным сандалиям (смотрю под ноги, вдруг это змеиные места), напеваю – «у холма нет вершины, он круглый, как эта земля».

large_DSC06691.JPG

Обедаю тем, что завалялось в рюкзаке. Подхожу к сборщицам трав – они ножами подсекают нужные стебельки, расспрашиваю о змеях, они успокаивают – тут для змей холодно, они по лесам водятся.

large_DSC06705.JPG

Подвозят парни на Жигулях, останавливаются под скалой, говорят мне - идешь с нами. Что делать, иду. Оказалось, они ехали, чтоб понырять в пещерных озерах, я полазил там с ними вместе.

large_DSC06777.JPG

Прозвенел колокол Татева – семь часов пополудни, вечернее богослужение. Захожу в ворота монастыря.

large_DSC06820.JPG

Меня оставили на ночь в комнатке для гостей – диван, притрушенный каменной крошкой с потолка, неоштукатуренные камни грубой кладки, закопченный камин, узкие проемы окон-бойниц, между стеклами рота мертвых пчел, застрявших или съеденных соседом-пауком.

large_DSC06822.JPG
large_c392c910-2330-11e9-b3b8-bd22f728380c.JPG
large_DSC06847.JPG

Угостили вечерей – крапивный суп с перловкой, пирожок-женгяловхац, коржики-хлебцы, салат из местных диких трав – «три месяца в году местные едят траву». Сперва отец Микаэль сказал, что если с палаткой, то оставаться мне в яблоневом саду за монастырской стеной, «там туристы остаются». Но после совместного ужина любезно предложил комнату-келью для ночлега, замечательно, спасибо.

large_DSC06817.JPG

За ужином священник показывал фотографии на своей камере, он снимает монастырь на протяжении года, кадров 30-40, не больше, но там уместилась зима-весна-лето-осень-зима и снова весна.

large_DSC06811.JPG

Последние на сегодня посетители монастыря ушли еще до заката, рабочие закругляются со сменой, реставрация родника у северной стены затихает. Облака тяжелеют, красятся в оттенок старых камней монастырских стен – оловянно-серый. Птички-трясогузки того же цвета (в сумерках всё моноцветно) бегают по двору, заменяют дневных ласточек. Меня клонит в сон, но не от усталости, нет. Просто поздно лег и рано проснулся. А день, хоть и вместил 200 километров на юго-восток, не сморил, наоборот – очень порадовал собой.
Закат погас почти мгновенно, песчаная золотистость стен в теплом свете сменилась холодной серостью горных сумерек. Пора спать, уже восемь часов вечера.

large_DSC06819.JPG

Снова на трассе, у вчерашнего зелено-волосатого холма. Иранских грузовиков к сожалению нет. Но есть все тот же ветер, в пору ставить ветрогенераторы. Приятная встреча на этом перекрестке – коллеги по автостопу Алекс из Франции и Каролин из Бельгии. Нам в разные стороны, но успеваем поболтать. Парочка уже 9 месяцев в путешествии: Франция – Кавказ – Иран – Индия – Непал и теперь так же обратно!
Почти сразу рядом притормаживает Арарат: «до Капана подходит?» – едем! Машу французам на прощанье, мы с ними знаем - дорожные встречи часто мгновенны и еще чаще неповторимы.

large_DSC06895.JPG

А Арарат выжимает полный максимум из своего белого двухдверного праворульного нисана с коробкой-автоматом – 140 км/ч на редких прямых участках и около 80 км/ч на серпантинах. Едет из Еревана – получил повышение, был сержантом, стал лейтенантом. Говорит, в Одессе есть подружка, хочется к ней съездить, но полицейским здесь сложно выехать за рубеж, нужно министерское разрешение. И постоянно сигналит встречным авто – его родной город маленький, всех в лицо, если не поименно, знает.

large_13344689_736489203159954_3986356143468582204_n.jpg

Останавливаемся на чай в буфете, прошу своего водителя нарисовать мне в блокноте карту Армении. Уже на подъезде к Капану минуем брошенное село. Арарат говорит, это эхо войны 1992 года. Город с юкатанским именем Капан встречает жарой и мороженным за 250 драм. Прохожу весь центральный проспект, тянущийся вдоль реки. Целый час сижу на выезде из города, жарко и скучно.

large_DSC06922.JPG
large_DSC06927.JPG

Потом двумя попутками (Артур и Павел) добираюсь до Коджарана. Тут горы разворочены медно-молибденовым комбинатом, тридцатикилометровые трубы сливают отходы производства в долину, щебневые отвалы висят над поселком, склон режут экскаваторы, тянут трубы ГЭС, в лужах вода красного цвета. Жестяные крыши бараков прижаты камнями.

large_DSC06946.JPG

Автобус на Мегри и к приграничномк Агараку, отдаю 1000 драм за проезд, не хочу задерживаться на этих гиблых карьерах. Едем на перевал Дебаклу, там еще не стаявший снег, высота 2535 м – пожалуй, высшая точка моей дорожной линии. Виды хороши, но что-то подобное я уже видал. А вот после перевала…

large_DSC06957.JPG

С перевала открылся вид на юг, там в проеме долины Мегри, там в дымке – это Иран. Каменные осыпи с пятнами грязного снега переходят в негустые луга, они прячутся ниже в лиственном лесу. Но по мере продвижения склоны незаметно меняются – тут и там выныривают острые скалы, конгломератные обрывы, у камней входит в моду рыжий цвет.

large_DSC06961.JPG

Кирпичная река, в нее впадает приток бетонного цвета. Вдоль берега колючая проволока – граница идет посередине реки, на том берегу уже песок и скалы Исламской республики Иран. Пограничный забор здесь фотографировать конечно же нельзя, но плевать.

large_DSC06968.JPG

Потрясающая смена в ландшафте – сплошь скалистые шипы, камни-камни, зелень жмется к оазисам вдоль реки. Какой азиатский вид! Я впервые в настоящей Азии. Это та самая Азия, что меняла ход истории, врываясь полчищами монголов, ариев, тюрков, персов. Я впервые вижу Иранское нагорье – оно тянется отсюда и до самого Афганистана, плавно переходя в Гиндукуш, Памир, Каракорум. Как волнующе. Я по-настоящему взволнован, это чудное чувство.

large_DSC06964.JPG

Облака остаются на севере, дальше только «бездонный купол Азии, в чьей синеве пилот или ангел разводят изредка свой крахмал». Здешнее солнце окружено ореолом песчаного цвета – жара и пыльная взвесь, поднявшаяся с высоких холмов. Воздух звенит. Пахнет засухой, соляркой и полынью. Полынь здесь имеет чуть другой, более сладкий, запах. А горы необычайны – азиатский пустынный формат, рельеф в виде зубов всех мастей – коренные, резцы и острые конические башни клыков.

large_DSC06976.JPG

Не спешу на пограничный мост, обедаю во дворике, ем мороженное (куда ж без него, жарко), смотрю в окна – на четвертом этаже мамаша с грудничком, выглядывает, с балкона она показывает младенцу мир. У них окно на юг, то есть прямо на Иран. Хороший вид, как по мне. Карапуз смотрит внимательно, не капризничает. Мать поглядывает вниз – ее внимание привлекает незнакомец с оранжево-черным рюкзаком, сидящий на лавочке во дворе.

large_DSC06977.JPG

Вот незнакомец достает блокнот и что-то пишет, вот он встает, потягивается, взваливает рюкзак на плечи и уходит. Все идет своим чередом, бабульки сплетничают на соседней скамейке, солдатики в майках, армейских зеленых штанах и в берцах лезут на дерево, абрикос или шелковицу, в надежде полакомиться сладостями, день нащупал вершину и начинает послеполуденный спуск к вечеру.
Пора, следующие строчки будут по ту сторону пограничной реки.

Posted by Eugene.B 11:10 Archived in Armenia Comments (0)

TO THE EAST. Part 2 - Turkey - Georgia

Travel diary of hitchhike trip to Iran

large_map4.jpg

Теперь 9:30 нового утра, я дописываю записки и приступаю к упаковке рюкзака. Выглядываю из палатки – в небе вьются ласточки – «лети-лети, моя ласточка, пулей в висок», осины рябят месивом листьев, ветер гонит облака с востока. А мне как раз пора менять азимут курса с юга на восток… Пёсики ходили вокруг да около, но гавкать не решились. Под палаткой обнаружились две очаровательные сколопендры, потом позже в гости пришел большой блестящий жук, по-моему жужелица крымская.

large_DSC04289.JPG

10:45, я на дороге. Вторая по счёту машина останавливается на мой автостопный призыв – Деян и Борис на мерседесе – поехали. Мужики едут в Киркларели (бывший болгарский Лозенград), там пересядут на автобус до Стамбула. Оттуда самолетом в Испанию, на тропу св. Иакова Сантьяго ди Компостелла. Иберийская прогулка на месяц, супер. Хорошо говорят по-русски, болтаем 60 километров о местной коррупции, о дорогах, об Ататюрке. Деян говорит, что всегда подвозит бродяг-авостоперов, что многие через Болгарию до самой Индии едут.

Выезжаем на солнечную равнину, тут совсем тепло, можно честно быть в футболке и сандалиях. Пора вспоминать прошлогодние навыки турецкого языка – мераба, гюлегюле, тешекюр эдырым, насислин. Тут же, на заправке, подбирают турецкие мужики. Едем на юг дальше. Везет Мустафа, на бусике. Я сижу сзади, достал блокнот, удобно писать и асфальт достаточно хорош, чтоб не трясти почерк.
Вот и смена курса с юга на восток, в поселке Babaeski, синяя табличка гласит, что до Стамбула 160 км, значит до Грузии где-то 2000 км, а до Ирана – почти бесконечность.

large_DSC04312.JPG

Забавно – я читаю на карте и изо всех сил пытаюсь запомнить названия населенных пунктов, следующих на моем пути, чтоб называть их остановившимся водителям – по дороге ли вам Слободзия?, Келераши?, Бяла?, Меден Рудник?, Маринка? или вот теперь этот турецкий Чорлу? В первый раз вижу этот топоним, а ведь для кого-то это родной любимый город, место его рождения, жизни, любви, смерти. Я – транзитер по чьим-то родным территориям.

large_DSC04297.JPG

Сосед водителя перебирает в беседе розовые бусинки чёток, за окном проносится равнинный пейзаж, мы соблюдаем скоростной режим, в полях там и сям валяются тюки старой соломы, в предместьях на развилках продают пёстрых воздушных змеев на веревочках.
12:45. Уезжаю с заправки, забирают с собой отец Мехмет и его маленький сын Билал. Выехали на автобан, 120 км/ч, до Стамбула 145 км, но моря на юге еще не видать. По дороге заехали в Черкезкёй по делам. Мехмет передает кому-то три лотка яиц, потом вместе с сыном идет к кому-то в гости. Жду их у авто, а что еще делать?
В этом поселке на трансформаторных станциях рисуют окна. Мехмет угостил обедом, сытно и вкусно. И этот традиционный турецкий чай. Дедушки напротив сидят за столом и что-то листают в смартфонах. Что они там смотрят?

15:30. Стамбул. Какой же он огромный. На юге померещилось и скрылось второе море – Мраморное.

large_DSC04318.JPG

Трамвай Т6 привез на станцию Топкапи, прямо к развалинам Византийских оборонительных стен. Прогуливаюсь, взбираюсь на бастионы, размышляю об истории, курю. Ведь турки не могли быть иначе – эта близость к Европе, эти проливы, мечети. «Есть места, где история неизбежна, как дорожное происшествие» – это об этих местах писал Бродский. Историю начинать преподавать в школе надо не с контурных карт и Древней Греции, а со слов о том, что ученики, достигнув определенного возраста, смогут самостоятельно и воочию увидеть эту самую историю, точнее – ее последствия и отголоски, смогут добраться до всех Стамбулов, Спарт, Афин, Римов, Египтов и Китаев и сами все почувствуют, если захотят (я бы в седьмом классе захотел).

large_DSC04348.JPG

Вечер встреч – Сашка под южным минаретом Софии, Паша с Ирой у фонтана Голубой мечети.
- полуденная дрёма в Голубой мечети, где все лупят селфи на фоне ковра с арабесками

large_DSC04422.JPG

- аутентичая чайная в переулочке, с чаем по 1.5 и кофе по 5, сидим в сарайчике с непременным Ататюрком и кучей каких-то картинок на клеенчатых стенах, за занавеской заднего входа начинается Стамбул нетуристический – облезший полуподвал, ржавые крысоловки на полу, маслёнка, веники. Хозяин не говорит по-английски вообще, это явно местечко для местных.

large_DSC04444.JPG

- На мосту через Золотой Рог рыбак-хипстер рассказывает нам, какие виды рыб тут водятся и ловятся и какие клубы на том берегу залива стоят нашего посещения, где по понедельникам рэп, а по четвергам джаз.

large_DSC04618.JPG

потрогать водичку Мармара дениз, Мраморного моря. Идем напрямик к набережной, нас любезно проводят через служебный вход какого-то ресторана и мы оказываемся прямо перед морем. На горизонте в дымке прячутся острова и сухогрузы на рейде в порт Гебзе. Дикие коты играют в прятки с собаками в трещинах среди береговых валунов, начинает темнеть, над Босфором сгустился дождь. Читаю стих Одена «Куда?»:
Что путешествие скажет тому, кто стоит у борта
под несчастливой звездой и глядит
на залив, где горы,
плавно качаясь на волнах,
уходят все дальше, дальше
в море, где даже чайки не держат слова?

large_73daf990-1e23-11e9-a7d0-c78aab23c856.JPG

продвигаясь обратно, наверх в город, свернули в проходной дворик, а там – готовят микрофоны для молитвенных песен, чайная лавка с побеленными стенами и колоритные мужчины за столиками. Не стесняемся и берем 4 чая за 5 лир. Малыш сидит на столе и бьет ладошками в там-там, на плите греются два чайника с заваркой. Пора идти, но детвора зазывает на футбол – ладно, играем! Три на три, один голкипер, счет 2:2, я не на шутку запыхался – надо бы тренироваться.

large_DSC04526.JPG

Вот эта черепаха Софии, которую сторожат четыре столба-ракеты и воспевают ислам пять раз в сутки. Она вызывает у меня какие-то реакции (подобно Рейхстагу, базиликам Равенны, Лувру, Сан-Марко, Саграда-Фамилья), какую-то смутную рефлексию, эмпатическое соучастие в прошедшем времени. Это вовсе не архитектурные впечатления, не объем ею, Софией, занимаемого пространства (хотя она действительно устрашающе массивна, мускулиста, я бы сказал, и эти бойницы окон в толстенных стенах). Это скорее объем ею Софией, проведенного времени, здесь над Золотым рогом, во главе Константинопольского полуострова.

large_DSC04443.JPG

Мы виделись с Софией год назад ровно, но вряд ли она помнит меня, да и год для нее, что для нас полторы недели. 1500 лет – это 548 тысяч дней, полмиллиона рассветов, закатов и полуночей. Судьбы вокруг лишь фон для этих куполов. Или наоборот – история жизни протекает на фоне этих стен такого телесного цвета?

large_DSC04569.JPG

Вот и полуденный призыв на молитву. Для меня это сигнал к продолжению пути. Остановка в Стамбуле завершается, пора дальше. Мои дороги – мои молитвы. Они меня учат, успокаивают, делают умнее, добрее, старше, смиренней, учат цели, учат миру, внешнему и внутреннему. Пора в путь, да.

large_DSC04354.JPG

Люблю на пути уделять свое время и внимание тем кусочкам реальности, которые остаются незамеченными для окружающих. Вот только что, по дороге к причалу Эминьоню замер на перекрестке, глядя на далекое белое облако – его четко очерченная верхняя кромка как раз коснулась кончика иглы какого-то шпиля на крыше здания в конце улицы.

large_DSC04555.JPG

Ночую под Трабзоном, чуть ли не на посадочной полосе аеродрома, вечерние рейсы летят так низко прямо надо мной – к дождю. Разбудили вороны, целая стая, каркали как-то не по-нашему. Поспал как следует, хорошая полянка. Утром солнце, высунул голову из палатки, рассматриваю травы, думаю о приходящем лете. Босиком на зарядку, к морю, собирать ракушки и собираться на дорогу.

large_DSC04627.JPG

Всё еще Трабзон, 11:30, иду пешком вдоль автострады, безуспешные попытки выбраться из города привели в придорожную чайную лавку, где чай и бублик в одну цену - по лире. За окном как раз пошел мелкий, но настойчивый дождь. На севере под тяжелыми тучами и за забором аэропорта виднеется море (солнца не видно и поэтому кажется, будто там юг). Машины колесами поднимают из луж водяные облака, всё вокруг мокнет. Безрадостный пейзаж, но в кафешке достаточно уютно и запас времени позволяет запарить овсянку и потянуть резину.

large_DSC04629.JPG

Пробираемся через пелену дождя. В автостопе важно выбрать точку старта – вот на заправке за 40 минут никто не подобрал, а под мостом почти сразу остановились ребята – Шенон и Айкут на рено – едем до Ризе! Дорога виляет между стальной плоскостью Кара Дениз и зелеными горами Сюрмене. Приморские поселки повторяют контуры отрогов, тянущихся из облаков к берегу.

large_DSC04636.JPG

Следующий водитель – добрый бородач Паму на фиате, в шапочке с бумбончиком. У него в приемнике играет отличная мелодия, схожая с минаретными напевами. Проезжаем Дерепазари. В подлеске много папоротника, появились финиковые кусты, акации и деревья, названия которых мне неизвестны. Дорога вьется вдоль моря, нанизывая на себя небольшие 20-тысячные городки. Некоторые дома стоят прямо на гребнях отрога, должно быть, хороший вид открывается оттуда в ясную погоду.

large_04b5fd50-1e30-11e9-a067-0fc835994558.JPG

При проезде под пешеходным мостом слышно, как на долю секунды дождь исчезает, потом снова монотонный шелест по крыше авто. В километровых туннелях дождь стихает надолго, так что лобовое стекло успевает высохнуть на встречном воздушном потоке. За очередным поворотом после Ризе увидел майский снег, там, наверху. Неожиданно высокие горы здесь, но туда как-то не хочется, предпочитаю рассматривать их туманные очертания с уровня моря.

large_DSC04655.JPG

В Ризе притормаживает водитель Джелал, потом молчаливый мужик до Пазара. Потом снова стою на обочине, валит дождь, из окна лицея на меня глазеют школьники в одинаковых жилетках – у них большая перемена. Следующая машина до самой границы, Хасан, что-то рассказывает про орехи, показывает фото саженцев. На границе всё тот же дождь, что и 300 километров назад. Но меняются лица – платки на женских головах исчезают, носы мужчин приобретают характерный изгиб. Гамарджоба, Сакартвело. Не спешу на КПП, курю, воодушевляюсь, смотрю на грузинский берег.

large_DSC04679.JPG
large_map7.jpg

В Батуми накрывает чувство умиления и всплывают воспоминания прошлого лета. Всё тут – от субтропического запаха и листьев непонятных деревьев до небоскребных силуэтов и дружеских встреч – всё радует и наполняет жизнью. Как приятно пройтись по улицам, знакомым и тихим, зайти в кафе и купить полюбившуюся в предыдущий приезд лепешку с заварным кремом.

large_DSC04733.JPG
large_DSC04847.JPG

Этот трюк – место ловит тебя в свои сети, но так ласково, что вместо пленения ты чувствуешь объятья, тебя обнимает солнце в узких проулках, целует ветер, бирюзовый и соленый от трения о морские волны. И ты от этого хочешь здесь жить. Здесь мало что происходит, но происходящего хватает на всех. «Мы хорошо здесь живем, честно говоря. Я не уеду отсюда» - говорил вчера Давид. Это сложно – заметить, что мы по сути «хорошо живем», что лишь верчение головой по сторонам, по мифическим заграницам, дает это чувство неудовлетворения жизнью дома, в своей стране.

large_DSC04863.JPG

Вот, зашел в знакомую столовую. Мясо с томатом – 5.50, стакан сухого красного – 1 лари. На стенах здесь несколько фото старого Батуми, большое горное фото-панно с пересвеченным небом и удивительной красоты советские плакаты «Виноградный сок» и «Мандариновый сок». На прилавке специальная разливальная установка для делания лимонадов из разноцветных концентратов (шесть конических емкостей остриями вниз, но все пустые), копченая рыба, помидоры, рюмки, счёты с засаленными бусинами вместо калькулятора. За соседним столами солидные мужчины, курят, забористо смеются, пьют кофе и пиво. Я заказал остри – говядину в томатной подливе (подали в чугунной кастрюльке, еще кипящей) и граненый стакан саперави. Кушать горячо, плюс к этому сверху нарезан лук и присыпаны специи (много кинзы).

large_DSC04909.JPG
large_DSC04887.JPG

Двигаясь по миру достаточно интенсивно, чтобы не впадать в туристические клише, но достаточно внимательно, чтоб ощущать личное и замечать важное, можно почувствовать, что мир огромен, но не бесконечен, что мозаика лиц состоит из отдельных историй, как совокупность автомобилей на дороге в конечном итоге ветвится отдельными линиями маршрутов со своими началами и финишами. Можно увидеть, как в Стамбуле устроена городская структура на 12 миллионов человек, как в Батуми к вечеру с гор опускается дождь, как уставшие глаза проваливаются в сон, как мальчишки до темноты играют в футбол, как я не могу подобрать слов, чтоб закончить это предложение и поэтому просто встаю и направляюсь к морю.

large_DSC04708.JPG

Ататюрк, оказывается, в 57 лет умер от цирроза. В Армении есть село Верхний Двин, где живут ассирийцы. Турки хотели строить в Батуми мечеть Азиза, тиранившего Аджарию. Сколько любопытного вокруг, и я пристально, изо всех сил, всматриваюсь в этот калейдоскоп. Зачем? Хороший вопрос. Подогревать свой ум и сердце внимательностью и жаждой понимания – мне кажется, это полезно для здоровья.

large_DSC04791.JPG

Выше всех небоскребов, с вершины глядит на город церковь. Горные окрестности с пьянящим воздухом, джунгли садов, тропки вместо дорог, какие-то красные ягодки под ногами. Хочу здесь пожить.

large_4b6e3cd0-1e30-11e9-8986-cf6fe0f52c39.JPG

Перезвон колоколов останавливает на полпути, замираю, слушаю. Чем-то похоже на мелодии Филиппа Гласа из альбома «Метаморфоз». А на склоне горы своя тихая жизнь, палисадники, прополка грядок, молодая мать несет ребенка на руках вверх по дороге.

large_DSC04938.JPG

Срезаю асфальтные петли по папоротниковым полянам напрямик, от запахов субтропического леса мурашки по коже. Наверху даже ветер затих. Горная панорама обрывается морем, апериодическая функция силуэтов хребтов, геологическая кардиограмма, гармоники и обертоны горных профилей упираются в великую горизонталь большой воды.
В шесть вечера монастырь закрывают, и посетители уходят, и на память остается лишь строгая фигура в черном, всматривающаяся в центр стотысячного города, в собственную противоположность. И еще тихий голос монашки, рассказывающей об иконах. На небе опять облака, солнца не видно. Только его сверкающее отражение в море – полоса золотого света, спускаюсь вниз, полоса сужается, превращаясь в нить, в волокно золотого руна, веревочку Ариадны, волосок из пряжи сестер Мойр, в безукоризненную прямую, сверх-горизонтальную, слепящее-нездешнюю. Затем день гаснет, как лампочка, время на ужин, время снова упустить что-то важное, нечто невыразимое.

large_4b7038a0-1e30-11e9-91cb-51e1a9fd8246.JPG

Вот сижу на солнышке и понимаю, что не хочу уезжать. Как же здесь странно. Эта провинциальность, но не бесформенная, а с внутренним ритмом, таким сердцебиением, с потенциалом развития. Это не просто зигота, не аморфное скопление социальных клеток, это организм, с внутренним устройством и с историей эволюции. И при этом здесь накатывает, подобно морской волне, шевелящей рябую гальку, чувство какой-то нежной грусти, но не скатывающееся в тоску, а что-то вроде ностальгии по неслучившемуся, как будто здесь мной могла быть прожита целая жизнь – не просто приключение, а именно жизнь, с рутиной, работой, любовью, потерями, мечтами. Странное ощущение.

large_4ab8cf80-1e30-11e9-8986-cf6fe0f52c39.JPG

Прошелся напоследок к морю, сказал – до встречи, увидимся в Одессе. Теперь я буду сближаться с Каспием и соответственно, удаляться от Черного. Удивительное светопредставление полуночи – низкие рваные облака над морем светятся от городских огней, но у самого горизонта черный провал – тучи прячутся в ночь, ниже горизонта начинается море, оно будто люминесцирует, холодно и густо отражает рассеянный свет от облаков, зависших в вышине. Я снова упускаю возможность.

large_DSC04824.JPG

Сейчас все то же дождливое утро, окна поезда все в линзах капель, у пассажиров от этого фасеточное зрение. Кабина машиниста открыта и можно рассмотреть, какие цветные лампочки горят на панели управления и где расположена кнопка паровозного гудка. Мелькают грузовые вагоны, буйная зелень, мосты над мутными реками

large_DSC04980.JPG

Мать убаюкивает розового ребенка, девушка напротив через шесть рядов смотрит на меня, у кого-то звонит телефон, позади рядом сидят монашка в черном и блондинка в джинсах, между сиденьями хватает места для вытянутых ног. В моем рюкзаке запас пончиков и горячий зеленый чай. Скорость поезда – 98.3 км/ч, расстояние до конечной станции – 267 км, местное время – 9:27, температура за бортом +13 С. Выезжаем из гор в долину, дождь всюду. Девушка напротив закрыла глаза и склонила голову набок, засыпает.

large_DSC05007.JPG

Тем временем, мы разогнались до 103 км/ч и миновали станцию Гори. На севере в тумане моросящего дождя коренастые холмы региона Картли, иначе говоря – Южной Осетии. Граница былого конфликта совсем рядом, в 2008-м я не особо уделил ему внимание, теперь же искренне интересуюсь у местных знакомых как же это всё так вышло. Говорят – страна слабая, не может за себя постоять. Замечу также, что осетинские холмы схожи очертаньями с безлесыми крымскими плоскогорьями-яйлами. Пишу я, кстати, редко и мало, но это во много раз больше, чем пишут окружающие люди. Ведь это важно – записывать, уметь выразиться, выловить вокруг что-то достойное движения руки с карандашом в пальцах. Хотя это необязательно. Можно просто писать от некоторой скуки, выводя себя из состояния полусна, коротая время. Писать в поезде Батуми-Тбилиси.

large_4a747380-1e30-11e9-a067-0fc835994558.JPG

Тбилиси. Иду пешком от вокзала до центра. Далековато конечно, но где-то за час можно справиться. По дороге подкрепляюсь мороженным.

large_DSC05049.JPG

Этот город напоминает о случившемся в нём – два года назад ровно, я был моложе на два больших насыщенных года, смотрю на реку – она значительно выше летнего уровня, еще метр, и начнет протекать между балясинами на проезжую часть. Тогда было жарко и странно-хорошо.

large_DSC05033.JPG

Утренний подъем на вершину Мтацминда. Бабочки-репейницы еще прошлогоднего осеннего поколения с поблекшими от зимовки крыльями порхают на склонах горы. Маки дырявят песчано-солнечный фон камней и трав, дают представление о красном цвете всем местным пчёлам.

large_DSC05081.JPG

Вспомнил, что в какой-то из дней увидел в теплеющем воздухе линии связей одного с другим, они тянулись между плоскостями мест и событий, плотно переплетаясь, но оставаясь до неправдоподобного прямыми. Весь воздух был наполнен нитями связей, они дрожали от ветра и солнца, соединяя прошлое с будущим, причину со следствием, ночь с утром, вопросы с ответами, от плоскости к плоскости, от грани до грани. Казалось также, что сами земля и небо сшиты воедино этими линиями и шов горизонта таял в дымке дня.

large_DSC05092.JPG

Сколько всего еще можно делать в Тбилиси – я выбираю уезжать из него, мелькает радуга в полосе дождя где-то далеко, автобус А 44 до Поничала, восточной окраины Тбилиси, начинаю автостоп в шесть часов вечера, останавливаются почти сразу – Зура до Дозы, в Дозе куриный комбинат, Саво до Марнеули, удивляется, но одобряет мой автостоп-формат.

large_DSC05136.JPG

Яшка до развилки Армения-Азербайджан, Мусса, он же Миша, до армянской границы, Жеро еще 10 километров после границы.

large_DSC05174.JPG

Яшка спокойно говорит, что сегодня начинается война, Баку объявил, что отбирает Карабах. Мусса, мусульманин, рассказывает – «это азербайджанский район в Грузии, армянские сёла в стороне на склонах холмов, к западу от трассы. Но тут всё мирно, а в Карабахе неделю назад перекрестный обстрел, 17 или 18 наших (азербайджанцев) погибло. Раньше и в тех горах гуляли, за рекой, росли там детьми, теперь не пускают – граница. Граница здесь идет по реке Дибет, люди торговлей живут».

large_DSC05173.JPG

Пограничный прилавок – фрукты, овощи, беру прощальные грузинские персики и килограмм сушенной хурмы (5 лари). Закат. Пешеходный переход, иду через КПП, мельком заглядываю в измученные лица дальнобойщиков, таксистов, торговцев-челночников, контрабандистов и менял, уставших людей из автобуса Москва-Ереван. Тоскливое зрелище. Мостик через реку, потрепанный ветрами флаг со странной сине-красно-оранжевой комбинацией – Армения. Там я еще не бывал...

large_f0472720-1e2c-11e9-aeee-6178cc757b18.JPG

Posted by Eugene.B 02:06 Archived in Turkey Comments (0)

TO THE EAST. Part 1 - Ukraine-Moldova-Romania-Bulgaria

Travel diary of hitchhike trip to Iran

Путешествие расскажет тому, кто спрашивает. Ответы стоит протоколировать в дорожном блокноте. Этим я ,пожалуй, и займусь в ближайшие дни.

large_D0001.JPG
large_map5.jpg

Выезд в 7:45, пересекая Днестр, сквозь всю Бессарабию, мимо пыльных деревушек, тонущих в обильной зелени. Утро было полно тумана, он просвечивался насквозь, воздух белел от восходящего солнца. Рассеялся туман только за Маяками, точнее, он остался у моря, а мы из него выехали. Рени 14:30 – на южном горизонте неожиданные возмущения холмов где-то под Бабадагом, о котором читал у Анджея Стасюка. Переулочки скатываются от центральной улицы вниз, в долину Дуная. А вот и он сам, большой, массивный, медленный, блестящий, как рыба. Привет, Дунай! Видельсь с тобой в Будапеште месяц назад. Как долго ты течешь оттуда сюда, до своей огромной дельты? Иду пешком к молдавской границе, справа желтым цветет бессменный рапс, слева дымчатая зелень дунайской низины, молодняк тополиных листьев шелестит на ветру, сверху теплое небо, асфальт в трещинах пружинит под ногами – момент, которым хочется поделиться. Иду, улыбаюсь, начинаю путь. Первый грузовик – Андрей подвозит до КПП.

large_DSC04085.JPG

Украино-молдавская граница прошлась без задержек и проблем, в пешеходном формате. Потом 2 километра Молдавии, 20 минут бодрым шагом. На Молдавско-румынской границе пешеходного перехода нет, подсаживаюсь в первую подъехавшую к шлагбауму машину. Сочиняю для пограничника историю, что еду на неделю в Бухарест к подружке (там действительно живет знакомая, но сейчас она уехала из Румынии). Пограничник верит и удовлетворительно рассматривает мою долгосрочную шенгенскую визу, но потом интересуется, где же моя страховка на период поездки. Она обязательна. Говорю, что не знал об этом. Пограничник разрешает ехать так. Говорю ему спасибо – мумцумешт.

large_DSC04180.JPG

На первой машине проезжаем 40 км, мимо городов Галац и Брейла. Первое отличие от наших краев – тополиный пух уже вовсю летает в местном воздухе. За Брейлой попутка до какого-то поселка, еще 30 км. Постепенно втягиваюсь в автостопный азарт. Фотоаппарат пока не достаю, хочу найти вескую причину для первого кадра..

large_DSC04093.JPG

Теперь пишу из попутки, мчащей на Констанцу, Пол и Кристи гонят к морю на выходные. Так что план по пересечению Румынии почти выполнен.
Дорожные наброски и виды из окна
● На железнодорожном полотне голуби клюют зерно, рассыпавшееся из товарных вагонов
● У причала в порту Галац стоит корабль с именем Perceus
● Пасущиеся козочки всем стадом забрели на травянистый холмик-курган с каменным крестом на вершине.
● Водитель Кристи, выехав на автобан Бухарест-Констанца и начав разгон в левой полосе, перекрестился

large_DSC04087.JPG

Вот особняк на горизонте, большой дом с живой изгородью и садом, по-видимому, кто-то вложил в него свою жизнь. Никаких претензий. Но как быть мне, тому, кто понимает, что так можно – стараться на внешнюю сторону реальности, но это не спасет. Это отвлечет, возвеличит, но не решит всего. Дело жизни, как ты выглядишь? Дело жизни, где тебя искать?

large_DSC04174.JPG

● над рекой с красивым названием Яломита переброшен старинный благородно поржавевший мост
● пульсары маячков на головах ветрегенераторных вышек 1-2-3-4, отсчитывают секунды, мигая лжно-одновременно.
● проезжаем единственную румынскую АЭС в Церноводе (водитель забавляется с близость в произношении Церноводы и Чернобыля). Громадина станции на другом берегу долины, вся как на ладошке, мерцает тысячей глаз-огоньков, неподалеку выделяется пятно рапсового поля

large_DSC04123.JPG

Башни ветряков растворяются в сумерках на горизонте, оставляя загадки сигнальных огней
● Река ощущается поистине рекой только если ее надо форсировать, переплывать брассом, штурмовать другой ее берег. В иных обстоятельствах ее можно и не заметить, перемещаясь на крейсерской скорости восприятия этих равнинных ландшафтов. Но это не про Дунай. Он тут огромен, подобно трещине, делит лесистые заросли берегов. А какие исполинские деревья вырастают вдоль него! Напиваются вдоволь мутной воды, обступают дедушку-реку, смотрят фильм про свои отражения в волнах. Река, деревья, купол неба. Удивительно видеть, как мир воплощает что-то настолько необъятно-большое.

large_DSC04114.JPG

1.05.2016
Проеду-ка этим солнечным утром по дорогам вчерашнего дня.
Ребята привезли меня в самый центр курортного поселка Вама Вече. В эти выходные тут открытие летнего сезона. Температура +14, сплошь студенческого вида прохожие, все в куртках, но все в предвкушении лета. На пляже сцена, группки ютятся у костров, идет проверка звуковой аппаратуры. Оставшись в кемпинге на ночь и съев кебаб с курицей за 11 лей, уснул. Спать мешала вечеринка-открытие – громкие крепко-пьяные голоса вокруг и музыка. Хотя трэк-лист был сносным, от Rammstein до Bon Jovi и Prodigi.

large_DSC04118.JPG

Утро солнечно-ветренное. Незаметно сворачиваю палатку и выбираюсь из кемпинга до времени оплаты ночевки. В первой же кафешке прошу кипятка для овсянки, получаю чай с медом и сигареты. День задается. Андрей из Бухареста, работает тут в сезон ,говорит – это очень альтернативный поселок, тут всегда молодежь. На пляже спящие после вчерашнего, разбросавшие конечности в разные стороны света, будто погибшие. Кто-то лихачил ночью - джип застрял в прибое, волны мило хлюпают по бамперам.

large_DSC04136.JPG
large_DSC04146.JPG

Иду 1 километр к румынско-болгарской границе, тут пробка. Пройти границу можно пешком. В течение получаса уезжаю с КПП. Далее нонстоп-заезд на целый день. Вчера Румыния за день, сегодня Болгария. Кажется, за эти 280 болгарских километров я сделал социальный срез этой страны за счет разнообразия подвозивших меня.

large_DSC04182.JPG

Сначала Валентин – в прошлом учитель, нынче программист («зарплата побольше, не учительские 120-250 евро, но работаю на Англию, не на свою родину»), он вспоминает русский и тяготеет к реалиям СССР, но кажется, это тоска по юности. Рассказывает о духовном деятеле Петере Дынове и о ритуальном танце-паневритмии, который практикует, и что просто решился проехаться т Варны к границе и назад, чтоб побыть в пути, в своих мыслях.

large_DSC04198.JPG

Затем Милан, дедушка-пенсионер, «украинец и русский для меня одно и то же», с ним 30 километров, потом почти сразу моряк Стайко на белом джипе, был во многих странах (где-то 15 стран насчитал, я не стал говорить ему о своих 28). Он слушает какой-то матерый черный рэп и провозглашает названия всех поселков на пути, «обязательно добавь меня в фейсбуке», когда приходит лето, все становится возможным – как говорит один рэпер в эго проигрывателе, Стайко на лето сошел на родной берег, будет дома, чтоб «on the beach with a bitch».
Покидаю джип на окружной Бургаса, час зависания-ожидания на крепком ветру. Даже шапку надел. Остановились милые девушки-студентки, но нам не по пути, им в сторону Софии, мне же на юг.

large_DSC04204.JPG

Но вот и Иво – недавний безработный, теперь бармен, волонтерил в Македонии, там английский подучил, «да, все уезжают на запад, а я не хочу, я буду здесь», после работы предпочитает выкурить косяк чтоб расслабиться. Сам катался автостопом, поэтому не понаслышке знает как это – ждать доброту следующей попутки. Говорит, отвез бы до самой Турции, но бензина нет, дарит пару сигарет. Славный малый.
За Бургасом делаю привал на 40 минут в кафе при заправке – капучино за 2,62 лева (1,2 евро), бабушкина паска, плюс вайфай. Даю пеленг, публикую первые дорожные картинки за подписью «Пунктир пути».

large_DSC04096.JPG

Выйдя из кафе тут же прошусь в машину к водителю в форме – нам по пути целых 60 километров! Отлично. Водитель Господин (вот же странное имя) – капитан болгарской армии, забавно виляет головой (кивок означает «нет») говорит, лучше без натовских проблем, дорога отходит от моря, едем в горку, по пушистым холмам, в буково-дубовых зарослях. Горы называются Странджа. Strange, странные горы. Выхожу в поселке Звездец, вокруг миловидная разруха, встречаются смуглые цыганские лица.

large_DSC04219.JPG
large_DSC04229.JPG

Завершающий заезд – Павлин, работник пограничной полиции, ему на смену к 20:30, везет наверх, до последней приграничной деревни, рассказывает о нелегалах и беженцах – сплошь молодые афганцы и пакистанцы, сирийцев не много, те сразу на Германию держат курс. Недовольно говорит, через 50 лет с такими темпами старуха-Европа станет мусульманской.

large_DSC04231.JPG

Остаётся 9 километров до границы и полтора часа до темноты. И я решаю пройтись пешком. И это правильно. Размять засидевшиеся ноги.

large_DSC04242.JPG

Закатный час, светящийся мир, тихие горы, полоса дороги без машин. Закат творит осень в молодых буковых кронах, листья горят красным, стволы обнимает темнота, проступают звезды. Керуак: «…и в этот прекрасный момент, в багровый предзакатный час, я вдруг на минуту забыл, кто я такой».

large_DSC04269.JPG

Редкое ощущение – когда знаешь, что сейчас всё делаешь верно.

large_DSC04234.JPG

На болгарско-турецкой границе максимальная лояльность, даже собаки не лают. Болгары ставят штамп, турки не досматривают. Походя нейтральную полосу между КПП замечаю в чаще за проволокой пара военных с автоматами на изготовь, даю им приветственный знак взмахом руки, они отвечают тем же, оторвав ладони от прикладов – они тоже люди, как мило. В пограничном барчике набираю в бутылку воды, на шлагбауме спрашиваю, где бы я мог переночевать в округе. Ответ «Где угодно за шлагбаумом» меня устраивает. Уже в темноте ставлю палатку на обочине дороги в двухстах метрах от линии границы. Предел наглости, но мне разрешили.

large_DSC04273.JPG

Будильник на 8:30 утра, коврик, спальник, кулек с вещами под голову. Не дали поужинать местные собаки, приходили облаивать. Побаивался, как бы они не решили попробовать тент палатки на прочность, но обошлось. В 21:00 слушал перекличку турецких погранцов на постах (подумал, кого-то пытаются задержать за нелегальное пересечение). Снился Иран (пока не верится, что туда доберусь, как бы не вспугнуть этот сон).

Posted by Eugene.B 09:55 Archived in Romania Comments (0)

Racy Turkey. Part 1 – Istanbul and Bosphorus

30.04 - 4.05.2015

Турецкий черновик

Крым, Пиренеи, словацкие Карпаты, грузинский Кавказ, теперь Турция - я не помню, как выглядит начало мая дома. Глядя на наш морской горизонт, знаем, что там, на другом берегу, что-то есть. Говорят - Турция. Чем не повод отправиться и проверить? Итак, Стамбул - путевые заметки и фото-зарисовки.

+ + +

Базар. Приходить лучше с утра – первый покупатель получает скидки, так как первого посетителя необходимо превратить в первого покупателя, тогда будет удачный торговый день.

large_022.jpg
large_021.jpg

Любопытно заглядывать в щелочку чадры – как в орудийную бойницу со всегда черными глазами, подведенными углем. Снять приличный портрет так и не удалось, пришлось довольствоваться перехваченными селфи.

large_005.jpg

Ночь. Тихое время суток, но не в окрестностях улицы Истикляль. Здесь допоздна курсируют переполненные трамваи и прогуливаются туристы вперемешку с местными.

large_014.jpg

Мастер-стеклодув за работой.

large_015f.jpg

А на мостах несут ночную вахту рыбаки, под полнолунным небом, на фоне своих опустевших мечетей, выуживая из черных глубин Золотого Рога серебристых рыб, одну за другой, до рассвета – море не иссякнет.

large_A6300ECE97293734CD6966E5824B8C60.jpg

Выгнанная из неспящего городского центра, тишина сгущается ближе к Босфору, в тумане, в тенях, в кошачьих повадках и силуэтах летучих мышей.

large_023.jpg

Яркое впечатление – стамбульские мечети. Минареты, намаз. Заголосили минареты, распуганные птицы – вороны, голуби, чайки, стрижи – тенями скользят по старым стенам. Внутри прохлада и полумрак, пол устелен ковром, все босиком – ходить по шерстяным узорам приятно и щекотно.

large_002.jpg
large_A65FA3389892852B7E6C2B5942612F2A.jpg

Парк Гюльхане. Там водятся зеленые барселонские попугаи и гнездятся цапли. Тюльпаны.

large_A69D7CB7AD34F65D078BD44E9045A6A0.jpg
large_A71C9CEAC6A7FE6C4A2FC0D227ECD3A9.jpg

Приложение на смартфонах – гадание по узорам кофейной гущи.

Встреча с Колей. Нам не пришлось объяснять друг другу зачем уезжать из Стамбула и пешком идти к Черному морю. Мы оба словили один и тот же порыв – сделать что-то поинтенсивнее посещения музея-ресторана-базара. И мы отправились в путь.

large_A6A039B9B5C9E47322A38D0BD1D88429.jpg

Точнее отчалили от причала Каракёй на экскурсионном кораблике. Кораблик стартует от южного устья, проходит весь Босфор, не доходя до Черного моря причаливает в маленьких поселках и разворачивается назад. Экскурсионное кольцо, развлечение на день. Мы же взяли билет в один конец.

large_DSC08640.jpg

Нынешний фарватер пересекает тени мостов, с обеих сторон уютные берега в сиреневой пене цветущих софор. С определенных ракурсов мосты похожи на арфы.

large_A666F826DD111718915D6B0A5112FB4E.jpg

Но насколько изменились очертания пролива за 2500 лет? каково было грекам на этих же водах, проходить узкое 700-метровое место, где море уподобляется реке? Какими были эти берега тогда, до Византии-Константинополя-Стамбула? - такие мысли-вопросы крутились в наших умах.

large_032.jpg

Вспоминалась легенда об отважных аргонавтах, они ведь здесь проходили. Так же как и мы, смотрели с борта на берег, щурясь на солнце. Интересно, в каком месяце они проплывали Босфор? Тоже в мае?

Путешествуя, хорошо иметь с собой подходящую книгу – ею можно заполнять затяжные переезды, вечерние привалы, минуты ожидания поездов и автобусов или вот эту монотонность хода парома по серой глади пролива.

large_031.jpg

У меня с собой оказался сборник эссе Бродского, одно из которых посвящено стамбульским впечатлениям поэта:
Бред и ужас Востока. Пыльная катастрофа Азии. Зелень только на знамени Пророка. Здесь ничего не растет опричь усов. Черноглазая, зарастающая к вечеру трехдневной щетиной часть света. И этот повсеместно даже в городе летящий песок, выкалывающий мир из глаз…

large_030.jpg

Существуют места, где история неизбежна, как дорожное происшествие, - места, чья география вызывает историю к жизни. Таков Стамбул… Спятивший светофор, все три цвета которого загораются одновременно. Не красный-желтый-зеленый, но белый-желтый-коричневый. Плюс, конечно, синий, ибо именно вода – Босфор-Мармара-Дарданеллы, отделяющие Европу от Азии… Отделяющие ли? О, эти естественные пределы, проливы и уралы! Как мало они значили для армий или культур – для отсутствия последней – тем более.

Да, мы тоже словили это чувство великого и вместе с тем ничего не значащего водораздела. Корабль шел на серер – значит, слева была Европа-Румелия, которая от Сантьяго-де-Компостелла до Лапландии, а справа – Азия-Анатолия, которая от Иордана до Памира и Тайваня.

До последнего момента мы находились в смятении – на каком из берегов сходить? На финише паром причаливает сначала слева, потом справа. Выпрыгиваем слева, «в Европу» - правильное, как оказалось позже, решение, так как на азиатском берегу северного устья Босфора расположена военная база.

Рыбацкий поселок Румели Каваи. Рыбный промысел здесь все еще явно более прибылен, чем туристическая отрасль. Рыбаки чинят сети, продавцы развозят свежий улов, голодные чайки следят за баркасами, кошки на набережной ждут морских угощений.

Еще один вопрос, ответ на который мы с Колей намеревались отыскать в этом путешествии – почему же Стамбул в течение прошедшего тысячелетия рос в основном вдоль берега Мараморного моря, т.е. с южной стороны Босфора? Что сдерживает диффузию городской застройки от продвижения по Босфору на север до самого Черного моря? Карта на этот вопрос не отвечает, с этим вопросом пришлось разобраться в пешеходном формате.

Поблуждав в лабиринте извилистых улочек, мы вышли на вершины холмов, задающих форму Босфору своими покатыми склонами. Широкие виды, мегаполис зубами небоскребов стоял на южном горизонте.

large_036.jpg

заросли лиан и деревьев, черной стеной, пугающей каймой обрамляющие скалистые берега. В небе кружатся огромные стаи аистов, движутся вдоль линии моря, на запад, кто знает – может они к нам, на болота полесья или в долины подольских рек, на знакомые места гнездовий.

large_A66A061BC670D9FF14D0228849FC864E.jpg

Очередной край земли. Человек привносит масштаб

large_038.jpg
large_039.jpg

услыхали, как вдали кипели и бушевали симплегадские волны: далеко по скалистому побережью разносился шум яростно кипевших волн, стук и грохот сталкивающихся и снова расходившихся скал Симплегад
...Аргонавты достигли Симплегад. Две стоявшие по бокам узкого пролива скалы то расходились, то сходились и сталкивались друг с другом, топя все корабли, которые пытались пройти между ними. аргонавты вначале пустили между Симплегадами голубя – с грохотом сдвинулись Симплегады, облаком поднялась водяная пыль, задрожал и загремел эфир, шумно взволновались и вспенились волны, наполнявшие пещеры скал. Кубарем кружат волны корабль, и аргонавты едва успели разглядеть, как спасшийся от гибели голубь полетел далее – скалы вырвали у него лишь кончик хвоста. В момент когда Симплегады вновь разошлись, проскользнул между ними и Арго. После того они крепко и навсегда стали на своих местах, ибо судьбой было определено: если когда-нибудь между Симплегадами проплывет корабль, то они с того часа должны вечно стоять неподвижно на своих местах...

Сейчас Симплегады стали бы оригинальным средством для переправы грузовиков.

Posted by Eugene.B 23:45 Archived in Turkey Comments (0)

Friendly Georgia. Part 2 – Svanetian Caucasus

Mestia district, valleys Mestiachala, Mulakhi, Becho (27.04 – 1.05.2014)

Грузия – горная страна. Побывал в пяти городах и из каждого из них были видны горы, то на северном горизонте, то прямо за городскими окраинами. И если в целом грузинское приключение строилось по принципу «куда подует ветер, туда и отправляюсь», то Кавказ был единственным пунктом для обязательного визита.

large_svan00.jpg

Добираться решил автостопом и не прогадал. Добродушные водители быстро подбирают и по дороге знакомят с местной историей - "Сванетия всегда была самодостаточным краем, горцы спускались в равнинные княжества только за солью. А так полностью своим хозяйством жили". Пересадки в Джвари и Кхаиси. По пути сворачиваем на самодельный мостик и заезжаем на подпольную лесопилку, где угощают вином и хлебом.

large_svan43.jpg

Трасса буквально вырезана в крутых склонах ущелья Ингури. Внизу, на дне пропасти, мутное озеро, окаймленное каменистой полосой и лесами до самых вершин. Это Ингурское водохранилище, обеспечивающее более чем гигаваттную мощность одноименной гидроэлектростанции. Над ущельем развешаны высоковольтные провода. А электричество в Сванетии бесплатно, такие вот льготы для горцев.

large_svan41.jpg

Уже в сумерках ловлю джип, водитель приглашает в гости – «зачем на улице ночевать? Что за глупости?». Остаюсь в поселке Джорквали и испытываю на себе то самое грузинское гостеприимство, о котором так много слышал – угощение лобиани, салатом из черемши и обязательная рюмка чачи. Чача здесь абрикосовая, так как виноград плохо растет в горах.
Ранним утром дальше вверх, вдоль течения Ингури. Дорога усеяна камнями обвалов, машины останавливаются у нарзанных источников.

large_svan02.jpg

Старт четырехдневной горной прогулки в поселек Местиа. Здесь оказалось невозможным найти газ для горелки. Хорошо, что в инфоцентре нашелся баллон и мне его любезно одолжили на время похода. Открытие: у местного этноса - сванов - есть свой язык, совсем не похожий на грузинский. Продавщица в сувенирном магазинчике учит нескольким полезным фразам: «Коча ладаг» - здравствуйте, «ивасукхари» - спасибо, «демща» - не за что, «ми си малат» - я тебя люблю. В центре поселка есть недорогие кафешки, а на окраине гремит камнедробильный конвейер.

large_svan40.jpg

В районе Местии расположена развилка, долины расходятся каждая в свою сторону. Местиачала – на север, Мулакхи - на восток, Бечо – на северо-запад. Я углубился в каждую и ночевал в самых верховьях, поближе к Главному Кавказскому хребту.

large_svan62.jpg

  • Долина Местиачала ведет к языкам ледников Чалаади и Лехзыр. Подходы к Лехзыру оказались до самой реки завалены лавинными выносами. Огромные белые глыбы скатились откуда-то с поднебесных обрывов и теперь беспомощно тают от весеннего солнышка.

large_svan03.jpg

А вот тропинка к Чалаади без препятствий выводит к ледниковым моренным выносам, к черно-белым тупикам ущелий.

large_svan16.jpg

Как в одном эссе-хайбун Басё – «я безнадежно болен родниками и скалами, туманами и дымкой, облаками с ветром».

large_svan20.jpg

  • Долина Мулакхи стала местом расположения нескольких колоритнейших сел - Жамуши, Лахири, Чолаши, Чвибиани, Цалдати, Жабеши.

Джамуши. Вход в местную церквушку похож на вход в средневековье.

large_svan07.jpg

Заброшенный двор. А рядом могилка. Вероятно, последний хозяин этой башни попросил не отдалять его кости от дома, а душу от этого высокого чарующего вида со склона холма.

large_svan04.jpg

Селение Лахири. Идешь к нему от реки несколько километров и кажется, что расположение домов там сродни размещению валунов в японском саду камней – так чтоб ни с какой точки невозможно было увидеть все 16 башен поселка.

large_svan13.jpg
large_svan14.jpg

Точнее, 15 с половиной.

large_svan12.jpg

Башни тоже не вечны.

large_svan10.jpg

По улочкам прогуливается 16-ый век. Лишь только редкие спутниковые тарелки выдают третье тысячелетие.

large_svan11.jpg
large_svan09.jpg

Старое везде изымается и заменяется, мир сменяет строительные, отделочные и кровельные материалы. Всюду металлопластик и силикатный кирпич вытесняют дерево и камни. Но здесь этот процесс идет заметно медленнее.

large_svan08.jpg
large_svan15.jpg

Тяжелые тучи перестают сдерживаться, начинается дождь. Прячусь под навес у ворот вон того салатового дома. Через 5 минут из ворот выглядывает мальчишка, зовет во двор. Пережидаю непогоду на кухне, глава семейства Руслан расспрашивает про Украину, рассказывает о вынужденном переезде из конфликтной Абхазии, дает на дорогу полкилограмма свежего сыра-сулугуни.

large_svan56.jpg

Дальше по дороге к селу Жабеши, замыкающему обжитую область долины. Навстречу шагают братья-охотники, у старшего на плече ружье. Сегодня, говорят, возвращаются без добычи, а бывает, с зайцем или лисой.

large_svan24.jpg

На выходе из села застава, пограничники проверяют паспорт, отмечают в журнале, а заодно угощают домашним вином и кубдари – лепешкой с мясом. На другой стороне долины сторожевая башня бежевым клыком торчит из леса, до сих пор охраняет вход в ущелье Твибери.

large_svan17.jpg

Порядком захмелевший, ставлю палатку на болотистом пастбище и быстро засыпаю под шелест дождя.

large_svan32.jpg

Утро. Ущелье выдыхает пар прошедшей ночи, туман рвется о лес, иней сверкает на обрывах и еловых верхушках.

large_svan31.jpg

Шагаю дальше вверх с твердым решением добраться до ледника Цаннери. Никого вокруг, ни местных, ни туристов. Но вот тропа растворяется в камнях, вот уже снег под ногами, вот сугробы по колено. В кроссовках дальше неудобно. Кадр в верхней точке маршрута, и вниз.

large_svan18.jpg

Мои следы пересеклись со следами косолапого хозяина. Значит, медведи уже проснулись и ходят в округе в поисках пропитания. Начинаю напевать песенки, да погромче - мишка скорее убежит, чем станет любопытствовать, кто это там горланит.

large_svan19.jpg

Красивейшие виды Мулакхи. Даже местные жители оглядываются и долго смотрят на горы.

large_svan52.jpg

В местном средневековье намечаются перемены - уже завезли опоры и кресельные кабинки французского производства.

large_svan33.jpg

Скоро на склонах горы Тетнульди соорудят горнолыжный курорт и деревушки долины Мулакхи заживут другим бытом – с отелями и гестхаузами, с прокатом лыж, с вереницей автобусов к станции канатной дороги. А пока они сами по себе, хлеб-шоти из печи-тонэ, сулугуни, яблочная чача, дрова на зиму, сено для коров. Я рад, что успел тут оказаться до необратимых перемен.

large_svan06.jpg
large_svan30.jpg

  • По пути в долину Бечо прохожу поселок Мацквариши. На холме над дорогой, под размашистой кроной ясеня, за столиком разместилась веселая компания настоящих горцев. Мимо пройти не позволили и настойчиво пригласили к столу. Оказалось, сегодня первый достаточно погожий денек для того, чтоб открыть сезон посиделок под открытым небом. Фактурные лица, нетрезвые улыбки, обязательная повышенная громкость в диалогах, прозрачная чача, розовое вино, лепешки с орехами. Парень по имени Такоре попросил сфотографировать их всех вместе и выслать фото на имейл. Дали мне адрес своих знакомых в Бечо, у которых я могу остановиться на ночь, и даже слушать не хотели мои объяснения, что ночую в палатке. А еще они запели – традиционное многоголосье, сильные голоса выводят мотивы старинных напевов, очаровательно.

large_svan54.jpg
large_svan53.jpg

Дальше просто топал нетрезвым шагом вверх по течению реки Долры. Смотрел по сторонам. Валялся в траве на привалах. Отдавался на волю смешным дорожным мыслям.

large_svan42.jpg

Ужкванери. Вот у кого-то весь сад в ярких цветах.

large_svan25.jpg

Вот цветущие деревья на фоне ледников. Белое на белом.

large_svan26.jpg
large_svan45.jpg

Вот детки играют с желтым псом.

large_svan51.jpg

Кажется, для нормального функционирования общества (а может, и для самого его существования?) необходимо, чтоб всегда присутствовал процент совершенно вольных путешественников, скитающихся будто бы без целей и конечных пунктов. Тайным обрядом свободного движения-постижения они уравновешивают всю рациональность, меркантилизм, утилитарность и скуку мира. На дороге всегда есть кто-то, от чьих шагов вращается Земля...
А потом обжитые места закончились и в верховьях долины зазвучала тишина. Еще один вечер в безлюдных местах.

large_svan46.jpg

"Жалости достоин тот, кто и наедине с самим собой хранит благоразумие и мнит, что на него глядят все остальные" - недавно прочел у испанца Унамуно. Кто-то скажет - странно и глупо путешествовать одному. Отвечу - странно и интересно. Приручая одиночество, рассматривая себя вблизи, отслеживая реакции и мысли, разбираешься кто же ты, куда идешь, кем ты есть. Когда ты с кем-то, ты - не совсем ты, это ты и твое отражение в чьих-то глазах и мыслях. Когда же оказываешься на пределе обжитых мест, у кромки ледника или в дремучем лесу, ближе к медведям и землеройкам, чем к человекам - от тебя остается только ты и пустота, наполненная до краев. Вот тут-то можно встретиться с собой без рассчитанных поведенческих реакций. В своем одиночестве и в своей свободе.

large_svan57.jpg

Неожиданностью стал указанный на карт поселок Гули. Он оказался покинутым, причем давно. Развалины так красиво сочетаются с горами.

large_svan59.jpg

Почему люди ушли отсюда? Как они жили здесь, на этих крутых склонах? Кто любовался невероятным видом из пустых теперь окон? Не знаю.

large_geo2.jpg

А ее было видно издалека. Такой сгусток стремительности, величественности и энергии. Ушба - красивейший кавказский пик. Не верится, что там на самой верхушке кто-то бывал.

large_svan60.jpg

Просто взгляда, не то что восхождения, просто взгляда на заветную вершину достаточно, чтоб стать другим. Чтоб устремиться глазами и мыслями вверх, и не встретить преград до нее, кроме воздуха, в котором нет опоры, кроме скал, которые вертикальны.

large_svan61.jpg

Закат раскаляет пик, доводит до золотого. Ушба сияет мегаваттной лампой над погрузившейся уже во тьму долиной Бечо. Огонек моего костра греет кружку чая, а потом тухнет от страха, раздавленный прохладной ночью.

large_svan58.jpg

Утром серый дождь. Значит, пора вниз.

large_svan21.jpg

На трассе подбирает полицейская машина, неразговорчивый водитель в форме подвезет до самого Кхаиси и застрявшие в тучах горы Сванетии перейдут в жаркую Колхидскую низменность. От резкого перепада температур и ландшафтов закружится голова, и я еще долго буду видеть во снах ледники, башни, вершины.

large_svan22.jpg
large_svan63.jpg
large_svan05.jpg
large_svan55.jpg

Posted by Eugene.B 13:55 Archived in Georgia Comments (0)

(Entries 26 - 30 of 80) « Page 1 2 3 4 5 [6] 7 8 9 10 .. »